Водопад Сухой

16 февраля 2022, 19:44    268
0

Водопад Сухой находится на ручье Топшанар, притоке реки Узунджа, метров на триста выше места их слияния, и в полном соответствии со своим названием практически всегда сух. Забавно, что водопад Зеленый Мох выше по течению и безымяный родник ниже по течению могут быть полны воды, а в Сухом, который находится между ними, ее при этом не будет — от слова вообще. Пишут, что если воды недостаточно, то она просто уходит в землю, не добежав до Сухого несколько десятков метров, и, похоже, так оно и есть. Но уж если ее столько, что она добирается до перелива, то зрелище получается впечатляющее — около двадцати метров практически вертикального падения, один из самых высоких водопадов в окрестностях Байдарской долины.

Первый раз мы с Гудвином пошли на Сухой в июле 2015 года. Чего ради мы поперлись к нему посреди лета и к тому же решили подойти сверху, уже и не помню, очень приключений хотелось, наверное. Вышли из Новобобровки, дошли до верховьев Узунджи, спустились немного по каньону и через перемычку перевалили в русло Топшанара где-то между Зеленым Мхом и Сухим.

Шли вниз по отсутствующему течению, пока не уперлись в „резкий перегиб продольного профиля дна с образованием уступа“ — обрыв, иначе говоря. Край у него оказался довольно покатым, и ближе нескольких метров подходить не стали. Впрочем, сомнений, что это именно Сухой, у нас не было, потому что на противоположном склоне виднелась характерная каменная осыпь, с которой обычно и делают фотографии работающего водопада. Или неработающего, кому как повезет.
Вернулись по каньону немного назад, вылезли из него и не торопясь пошли через Колхозное в Родниковое.

В следующий раз пошли на Сухой в октябре того же 2015 года, на этот раз более классическим маршрутом — от Родникового через Колхозное до места впадения Топшанара в Узунджу и там свернули к водопаду. Ходили чисто разведочно, просмотреть маршрут и прикинуть хронометраж на будущее. В Топшанаре было сухо, в Сухом — тем более. Зато осенняя Узунджа оказалась несказанно хороша.

В марте 2019-го у меня выбраться не получилось и Гудвин ходил проведать Сухой без меня. А вот в прошлом, 2021, году мы пытались застать водопад работающим дважды — сначала в феврале, потом в апреле. Ориентировались на таяние снегов и посты в соцсетях, но безрезультатно. В феврале хотя бы родник у основания водопада активно работал, соответственно и в Топшанаре воды было довольно много, так что я нашел подходящую точку и снял сферическую панораму.

В апреле картина была более грустная — в водопаде сухо, родник тоже полноводным никак не назовешь. И даже отражающиеся в воде люди картинку не сильно оживили.

Для разнообразия прошлись немного вверх по Узундже, полюбовались красотами и вернулись в Колхозное, где нас ждала машина.

В этом году, вдохновленные поездкой к водопадам Су-Аханде, мы с Гудвином решили возобновить наши „выходные среди недели“ и отправились на Топшанар в четверг. Народа в автобусе было немного, а после Россошанки мы вообще остались в нем одни, водитель и кондуктор не в счет, их должность обязывает не покидать транспортное средство на маршруте. Дорогу от Родникового до Колхозного заасфальтировали, и ездить по ней стало приятнее, а вот идти — скучнее. На поворотах появились обзорные зеркала, почему-то прямоугольные, а не круглые, так что мы не сразу поняли, что это такое. Да и не отражалось в них ничего, настолько качественно они с утра запотели. Вот на обратном пути рассматривать в них окружающий мир оказалось весьма забавно.

Дошли до Колхозного. Знак „Внимание, коровы“, колодец с вмерзшей по случаю зимы в лужу скамейкой, стеночка из обмазанного глиной хвороста — все как обычно. А вот это что-то новенькое — огромная перекрывающая всю дорогу лужа. Вдоль лужи — канава. Рядом стоят человек пять в спецовках, что-то обсуждают. Прошли по полоске между лужей и канавой, радуясь, что подмерзшая ночью грязь не успела оттаять.

Через несколько минут подходим к воротам лагеря „Горный“. Теперь налево, до гостевого дома „Узунджа“, потом направо через ограждение. Обычно здесь пасется несколько лошадей и мы тут же бросаемся их фотографировать, но сегодня на поле никого нет, поэтому сразу идем по знакомой дорожке, которая постепенно забирает вверх и вправо, потом ныряет в кусты и практически тут же выскакивает на дорогу. Можно идти по ней, но лучше срезать через сосняк, хотя бы для того, чтобы не чавкать по размокшей глине. Есть какое-то подобие тропы, но именно что подобие, поэтому идем чисто по направлению — вверх и вправо. Снова выходим на дорогу, обходим шлагбаум и идем дальше, уже не опасаясь увязнуть.

Через некоторое время дорога резко поворачивает направо, и тут есть варианты. Можно с нее сойти и пойти по тропе, начало которой обозначено небольшим туром. Сначала она поднимется на поросшее можжевельником плато, потом спустится вниз на большую поляну и снова поднимется вверх на перемычку, за которой течет Узунджа. Но сегодня мы продолжаем идти по дороге, которая, поднимаясь, делает петлю, а потом начинает плавно спускаться, чтобы вывести в итоге на ту самую поляну, с которой начинается подъем к Узундже.

Останавливаюсь у лужицы с очень интересными геометрическими узорами на замерзшей поверхности. Гудвин тем временем успевает уйти довольно далеко вперед, так что догоняю его уже на подходах к поляне с „вигвамами“. Эти сооружения, больше всего похожие на остатки очень своеобразных шалашей, стоят там уже несколько лет и каждый раз, проходя мимо, гадаем, кто и для чего их соорудил. В этом году шалашей внезапно стало больше, причем новые ничем не отличаются от стоящих там уже не один год, и у нас появилась новая версия — собирая валежник, складывают его в такие шалашики, чтобы он не гнил, валяясь на земле. А то, что новые появляются, а старые при этом не исчезают, означает, что создаются запасы на самый крайний случай.

Валежник, сложеный шалашом Два сложенных из валежника шалаша

От „шалашей“ до поляны, с которой начинается подъем наверх, рукой подать. Высмотрев место, где подлеска поменьше, подходим к склону и практически тут же натыкаемся на начало тропы, маркированной сначала каменными туриками, а потом и красными тряпочками.

Наверху, перед тем как начать спускаться к Узундже, достаем и подгоняем по росту трекинговые палки, по одной на каждого. Можно ли было обойтись без них? Можно. Была ли от них польза? Вроде как была. Пойду ли я в обозримом будущем покупать трекинговые палки для себя? Маловероятно. А вот в необозримом — вполне возможно.

Спускаемся вниз. Река еще в тени, но противоположный берег уже освещен солнцем и теплые, отраженные от склона, оттенки на холодных струях смотрятся очень интересно. Достаю штатив, делаю несколько кадров на выдержках от 1 до 3 секунд. На экранчике камеры все хорошо, но, когда посмотрел дома на большом мониторе, понял, что с выдержкой не угадал — чтобы подчеркнуть движение воды, она должна была быть в этом случае короче, примерно 1/20 секунды. Или нужно было экспериментировать с еще более длительными выдержками, 10-15 секунд и больше. Да и камень, торчащий над размытой водой, похоже, оказался в кадре не к месту.

Что ж, отрицательный результат — тоже урок на будущее. Складываю, но не убираю далеко штатив, идем дальше.

Воды в Топшанаре не супермного, но устье решаем все же обойти верхом. В 15-м году здесь были ступеньки и остатки хорошо оборудованной многодневной стоянки с шалашами, тарзанкой и даже баней. Я, конечно, не удержался и опробовал тарзанку в деле.

Добираемся до родника и видим, что в заводь перед ним со стороны Сухого стекает вода. Осторожно, чтобы не спугнуть, переправляемся через ручей, поднимаемся выше по склону... Есть! Водяные боги к нам сегодня благосклонны — Сухой полон воды!

Гудвин сразу идет к основанию водопада, а я, наоборот, поднимаюсь повыше. Идти приходится очень аккуратно, чтобы не съехать вниз в куче камней и пыли. Наконец нахожу подходящую точку и делаю несколько кадров. Потом еще более аккуратно спускаюсь вниз, достаю фишай, без его угла обзора в 180 градусов здесь не обойтись.

Прикинув, как движется солнце, решили подождать, пока оно доберется до заводи перед родником. Да и время уже обеденное, пора доставать чай и бутерброды. Пока перекусывали, солнце как раз встало как надо. Запихиваем рюкзаки в щель между камнями, чтобы не мешались в кадре, и расходимся на присмотренные точки. Очень не хватает сапог, а лезть в воду босиком не хочется совершенно, поэтому устраиваюсь как можно ближе к ручью, но все же не в нем. Хорошо, что можно фокусироваться по экранчику камеры, сегодня это радует как никогда.

Вода, вытекающая из заводи у родника Фотограф, нашедший хорошую точку съемки

Отсняв все, что хотелось и успелось, забираем рюкзаки и идем назад. Запас по времени, хоть и небольшой, есть, так что, дойдя до Узунджи, делаю еще несколько кадров с бегущей водой.

Весенняя вода Топшанара Весенняя вода Узунджи

Вот теперь уже точно пора возвращаться. Убираю в рюкзак штатив, сменные объективы, в очередной раз напоминаю себе, что нужно не забыть прислоненную к дереву трекинговую палку.

На обратном пути, уже пройдя поворот на Скельскую, узнали, что: во-первых, шеренга из трех лошадей способна полностью перекрыть дорогу к Родниковому и во-вторых — лошади отнюдь не горят желанием уступить дорогу идущему навстречу человеку. Поэтому дорогу уступили мы, как существа, находящиеся на более высокой ступени эволюции. Хотя если подумать, то разница в размерах и весе тоже имела немаловажное значение.

Автобуса в Севастополь долго ждать не пришлось, и домой мы ехали с греющей душу мыслью: день удался!

Фотографии с упомянутых прогулок к Сухому, которые не попали в текст, лежат под кнопкой „Открыть альбом“.

Эти же прогулки глазами Гудвина

На Cухой в апреле прошлого года вместе с Solo

Комментарии (24)